Меню сайта
Категории раздела
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » Статьи » Кандалакшский заповедник

Острова восточного Мурмана

 Большинство островов Семиостровского и Гавриловского архипелагов - это высокие гранитные утесы с крутыми, иногда почти отвесными берегами, которые во многих местах рассечены трещинами и ущельями шириной от 1 - 2 до 20 - 30 метров. Стенки ущелий бывают абсолютно гладкими, вертикально уходящими вниз, и наклонными, покрытыми массой уступов. На них гнездятся. тысячи, десятки тысяч кайр и чаек-моевок, образующих знаменитые птичьи базары Севера. Здесь постоянно стоит неумолчный шум птичьих голосов: высоких резких криков моевок и раскатистых хриплых голосов кайр. Внизу, под уступами, непрерывно шумит прибой. Даже в штиль на Баренцевом море наблюдается зыбь - отзвук далеких океанских штормов. Широкие волны набегают на берег с монотонной регулярностью. Это явление называют накатом. А когда шторм бушует у берегов Мурмана, море под уступами кипит и пенится. Огромные волны обрушиваются на берега островов, клокочут в ущельях, непрерывно обдавая брызгами сидящих на гнездах птиц. 

 Поверхность островов покрыта почти сплошным слоем относительно сухого торфа не болотного происхождения, имеющего мощность в разных местах от 10 - 15 до 120 - 130 сантиметров. Только на плато самого высокого острова Харлова торф местами отсутствует. 

 Причины развития на островах мощного торфяного пласта, который на материке приурочен к заболоченным понижениям и сильно увлажненным склонам, достоверно не изучены. По мнению ботаника И. П. Бреслиной, это обусловлено тем, что сочетание очень высокой влажности воздуха с низкими температурами и частым попаданием на поверхность островов соленой воды во время штормов в виде так называемой морской пыли, взвешенных в воздухе мельчайших капелек влаги, способствует накапливанию не полностью разлагающихся остатков богатой островной растительности. Эти же условия благоприятствуют интенсивному росту вороники - основы растительности на торфяниках островов. Наибольшую высоту этот кустарничек имеет на береговых склонах, до 10 - 15 сантиметров, и обильно здесь плодоносит. На возвышенных плато, где влажность воздуха не так высока, вороника выглядит угнетенной, плохо плодоносит, покров ее разрежен. На побережье материка хорошо развиты вороничники только в узкой полосе приморских скал. Вспомним, что и в Кандалакшском заливе на безлесных островках-лудах преобладающее место в растительности занимает вороника. 

 Чистые вороничники, в которых другие растения составляют лишь незначительную примесь, характерны для тех участков, где мощность торфа не превышает 30 - 50 сантиметров. К середине лета слой торфа, лежащий на коренной породе или на ледниковых отложениях, полностью оттаивает и в дальнейшем увлажняется только за счет атмосферных осадков. В тех же местах, где толщина торфа больше, мерзлота сохраняется в течение почти всего лета. Медленно оттаивающий торф постоянно обеспечивает некоторую влажность в вышележащих слоях. Это создает благоприятные условия для хорошего произрастания морошки, которая хотя и встречается среди вороничника почти повсеместно, но наиболее обильна только на мощных торфяниках. Поля морошкового вороничника занимают на островах Мурмана большие площади. Высокие урожаи морошки обычно повторяются здесь через 3 - 5 лет. 

 В переувлажненных понижениях рельефа к воронике и морошке примешиваются осоки, пушицы, звездчатки, местами стелющаяся голубика, зеленые и сфагновые мхи. 

 Помимо вороничников, на островах Восточного Мурмана встречаются участки, густо заросшие щавелем, иногда шведским дерном, кое-где черникой и даже папоротником. Там, где протекают постоянные или временные ручейки, сплошной узкой лентой тянется калужница, радующая глаз яркими желтыми цветками. 

 На южных берегах некоторых островов, где есть защищенные от северных ветров галечные терраски, образуются небольшие луговины. Здесь преобладают дягиль норвежский, герань лесная, купальница, чина. Изредка можно увидеть горец, лютики, ясколки, на Гавриловских островах - дрему лапландскую с красивыми малиновыми цветками. 

 Из древесно-кустарниковой растительности на крупных островах имеются разнообразные ивы, которых насчитывается около десяти видов, в том числе несколько стелющихся форм (арктическая, тундровая, ползучая ивы). Но занятые ивняками площади невелики. На южном берегу острова Харлова растут карликовая березка и стелющийся можжевельник. 

 На приморских скалах, там, где нет колоний чаек, растительность очень бедна. Ближе к литорали поселяются накипные лишайники, которые покрывают граничащие с водой скалы почти сплошным покровом. Чуть выше по трещинам скал растут отдельные экземпляры бескильниц, подорожников морского и Шренка, а еще выше - ложечной травы, родиолы и лигустикума. Такая прибрежная растительность характерна для материка, где мало колоний морских птиц, и отчасти для южных берегов островов, на которых чайки гнездятся разреженно. Скалы на северных берегах островов обычно бывают заняты плотными колониями больших морских и серебристых чаек, которые богато удобряют почву, что содействует пышному развитию некоторых видов растений. 

 Чайки приносят на места гнездовий веточки вороники, сухие стебли прошлогодних трав, кусочки мхов и лишайников, из которых они строят массивные, тяжелые гнезда. Средний вес их около килограмма, а иные достигают пяти килограммов. После выведения птенцов в гнезда чаек попадает много помета. Со временем остатки гнездового материала перегнивают и образуется прекрасный субстрат для жизни растений. И процесс торфонакопления идет здесь много быстрее, чем в тех местах, где колонии птиц отсутствуют. Буйно разрастаются многие приморские галофиты, а также ромашка крупноцветковая, ясколки, очанка холодная, щавель, лютик гиперборейский и некоторые другие, около двадцати видов растений. В растительном покрове обычно преобладает ложечная трава, которая хорошо растет в участках, удобряемых птичьим пометом, и достигает очень крупных размеров. Ее дернины, сначала разобщенные, довольно быстро захватывают соседние обнаженные участки скал и постепенно смыкаются, образуя сплошной покров. Это свойство ложечной травы было издавна известно жителям северных стран. Ее широко использовали в качестве противоцинготного средства, причем не только в свежем виде, но и солили, создавая запасы на время зимовок и длительных морских плаваний. Название растения объясняется формой его листа, напоминающего деревянную ложку. 

 Такие же куртины на приморских скалах иногда образуют ромашка крупноцветковая и овсяница холодолюбивая. Остальные растения присутствуют в меньшем количестве, но тоже достигают больших размеров. 

 По данным анализа спор и пыльцы растений, сохранившихся в глубине торфа на островах Вешняке и Большом Лицком, ученые установили, что развитие растительности началось здесь около семи тысяч лет назад, причем на первых этапах в составе растительности преобладали ложечная трава и щавель, т. е. растения, характерные для птичьих колоний. Очевидно, большинство островов Мурмана прошли стадию зарастания обнаженных приморских скал специфической «птичьей» растительностью. Это говорит об очень давнем возникновении тут колоний морских птиц. Современный вороничный покров островов сложился позднее, в условиях более разреженного гнездования птиц. 

 Вороника не выносит присутствия в почве большого количества химических элементов, вносимых с птичьим пометом, и, когда на торфяниках образуются крупные колонии чаек, она постепенно отмирает. Сначала ее замещают сообщества морошки, ложечной травы, овсяницы, подорожников, щавелей и некоторых других видов, но в наиболее плотных колониях птиц ложечная трава преобладает над всеми другими растениями. Интересно, что при сокращении числа чаек или перемене мест их гнездования уже через несколько лет начинается обратный процесс и вороничная растительность восстанавливается. 

Стая моевок у острова Харлова

 Чайки воздействуют на состав растительности и тем, что механически разрушают верхний слой почвы на местах своего отдыха, выдергивая растения и разрыхляя грунт клювом. В таких участках поселяется, прежде всего, ромашка, создающая в тундре белые цветущие островки около мест постоянного пребывания от-дельных пар чаек. 

 Наиболее сильно воздействуют на растительность островов тупики, которые гнездятся под землей, прорывая в торфе длинные норы. В плотных колониях выходы нор удалены друг от друга лишь на несколько десятков сантиметров. Ежегодно расчищая норы, тупики выбрасывают обвалившуюся почву, часть нор роют заново. На поверхности накапливаются выбросы разрыхленного торфа. Все это в сочетании с внесением в почву помета приводит к полному уничтожению первоначальной растительности в колониях. На свежих выбросах преобладает ромашка, заросли которой перемежаются пятнами голого, вытоптанного птицами торфа. Те же колонии, где свежих выбросов мало, зарастают преимущественно щавелем и ложечной травой. На местах заброшенных колоний тупиков восстановление исходной растительности протекает медленно и растягивается на многие годы.

 Бордюры «птичьей» растительности, где основными видами являются ложечная трава, ромашка и щавель, окаймляют также скалистые обрывы, занятые колониями кайр и моевок. 

 На островах Восточного Мурмана гнездится около пятидесяти видов птиц, но размножается ежегодно не более тридцати. К числу массовых можно отнести всего десяток видов. Зато бедность видового состава возмещается огромной численностью некоторых птиц. Формируют птичьи базары в основном три вида: тонкоклювая и толстоклювая кайры и чайка-моевка. Количество кайр на базарах Семи и Гавриловских островов в последние годы около 25 - 30 тысяч, а число размножающихся моевок иногда превышает 60 тысяч. Гнездятся они плотными колониями, в которых преобладают либо кайры, либо моевки. На отдельных участках базаров строят гнезда птицы только одного из видов. Кое-где среди них поселяются в полузакрытых нишах гагарки. Но эти птицы могут жить и вне птичьих базаров, создавая небольшие разреженные колонии или даже селясь поодиночке. 

 Атлантических чистиков на Мурмане много больше, чем в Кандалакшском заливе: только на островах Семиостровского архипелага их обитает около 3,5 тысячи. Чистики не образуют заметных колоний, а гнездятся вдоль всей береговой линии, откладывая яйца в глубоких скальных трещинах, в каменистых россыпях, под отдельными валунами и обломками скал. Поэтому концентрации гнездящихся птиц наблюдаются лишь в тех местах, где имеется много таких укрытий. Чистики - невзрачные темные птицы размером с чирка, с белым зеркальцем на крыльях и ярко-красными ногами. Ведут они малозаметный образ жизни. Плавая на прибрежных мелководьях или отдыхая на берегу у кромки воды, они «переговариваются» тихим мелодичным посвистом, непохожим на громкие грубые крики других морских птиц. 

Серебристые чайки

 На всех островах, включая и лишенные растительности скалистые баклыши, гнездятся большие морские и серебристые чайки. Это самые вездесущие птицы Мурмана: в поисках пищи они залетают в населенные пункты, сопровождают морские суда, чтобы получить кухонные отходы. Сизых чаек, численность которых очень высока в Кандалакшском заливе, на Мурмане немного. Небольшие колонии их постоянны только на островах Харлове и Большом Лицком. В других местах они гнездятся случайно. 

 Количество полярных крачек в условиях Мурмана сильно меняется по годам. Поэтому в разные годы они могут производить впечатление как редкого, так и массового вида. Например, на острове Харлове, где обычно гнездится 2 - 3 сотни крачек, бывали годы, когда их число доходило до 5 тысяч. В значительной степени численность крачек зависит от наличия в том или ином году их основного корма - мелкой рыбы, прежде всего песчанки. Однако одной этой причиной объяснить резкие колебания численности крачек нельзя. Действуют и другие, пока неизвестные нам факторы. На Белом море количество крачек тоже заметно колеблется по годам, но в меньшей степени.

 Очень немногочислен, но характерен для Мурмана коротко-хвостый поморник. Он тоже относится к отряду чаек, но не похож на них ни внешне, ни поведением. Эта среднего размера птица, темная целиком или только сверху, с острым клиновидным хвостом обладает стремительным маневренным полетом. Поморник настигает чайку или иную жертву в воздухе и заставляет ее выплюнуть корм. За это он получил много метких прозвищ: фомка, разбойник, исправник и другие. Называют его и солдатом за ту ярость и мужество, с которыми он защищает свое гнездо от любого врага, включая и человека. Налетая на противника, поморник иногда с такой силой бьет его ногами по голове, что может даже сломать их. 

 Из водоплавающих птиц обычна на Мурмане только обыкновенная гага, другие утки гнездятся единично и не каждый год. Воробьиных на островах немного. Наиболее характерны три вида коньков: горный, краснозобый и луговой. Горный конек строит гнезда преимущественно на северных склонах островов, поселяясь иногда среди почти голых скал, луговой предпочитает более защищенные от ветров южные склоны, а краснозобый чаще всего встречается в глубине островов. Кроме коньков, на островах можно увидеть редкие пары пуночек, каменок, белых трясогузок, а на острове Харлове - дроздов-белобровиков и чечеток. Другие виды птиц встречаются здесь не каждый год. 

 Наземных млекопитающих на островах почти нет. Только на острове Харлове постоянно живут норвежские лемминги. В суровые зимы по дрейфующим льдам сюда заходят лисицы и некоторые другие звери. В ноябре - декабре на островах размножаются немногочисленные серые тюлени - вид, включенный в Красную книгу СССР. Затем острова пустеют до весны.




Категория: Кандалакшский заповедник | (17.01.2015)
Просмотров: 3491 | Теги: кандалакша | Рейтинг: 0.0/0

Похожие материалы:

Поиск по сайту
Форма входа

Copyright MyCorp © 2020